Стремление к собственной значительности

13 Янв 2019, Автор: statyshnyuk

Если бы у наших предков не было пламенного стремления к собственной значительности, не было бы и цивилизации. Без него мы бы недалеко ушли от животных.

Именно это стремление к собственной значительности привело к тому, что необразованный бедный приказчик бакалейной лавки стал изучать юридические книги, которые он нашел на дне бочки с домашним хламом, купленной им за пятьдесят центов. Вы, вероятно, слышали об этом приказчике. Его звали Линкольн.

Именно это стремление к сознанию собственной значительности воодушевляло Диккенса при написании своих бессмертных романов. Это же стремление вдохновило сэра Кристофера Рена, на создание симфоний в камне. Это стремление заставило Рокфеллера копить миллионы, которые он так и не сумел истратить! И именно оно заставило самого богатого человека в вашем городе построить дом больших размеров, чем ему требуется.

Это стремление заставляет вас носить одежды самых последних фасонов, управлять новейшей моделью автомобиля и говорить о своих выдающихся детях.

Именно это стремление побуждает многих подростков становиться гангстерами и убийцами. «В настоящее время молодой преступник, — говорит бывший полицейский комиссар Нью-Йорка И. П. Малруни, — целиком поглощен собственной персоной, и первая его просьба после ареста сводится к тому, чтобы ему дали те бульварные газеты, которые делают из него героя. Неприятная перспектива занять «горячее место» на электрическом стуле кажется ему отдаленной, пока он может любоваться своей фотографией, помещенной рядом с фотографиями Бейба Рута, Ла-Гардиа, Эйнштейна, Линдберга, Тосканини или Рузвельта».

Если вы скажете мне, каким образом добиваетесь, сознания собственной значительности, я скажу вам, кто вы такой. Это определяет ваш характер. Это самое существенное в отношении вас. Например, Джон Д. Рокфеллер обрел сознание собственной значительности, дав деньги на сооружение современной больницы в столице Китая Пекине, — больницы, предназначенной для миллионов бедняков, которых он никогда не видел и никогда не увидит. Диллинджер же проникся чувством собственной значительности в результате того, что стал бандитом, грабил банки и убивал людей. Когда агенты Федерального бюро расследований гнались за ним, он ворвался в жилой дом на одной из ферм в Миннесоте и заявил: «Я – Диллинджер!» Он гордился тем, что был врагом общества № 1. Он сказал: «Я не собираюсь причинять вам зла, но я, — Диллинджер».

Да, существенная разница между Диллинджером и Рокфеллером состоит в том, каким способом каждый из них добился сознания собственной значительности.

История изобилует забавными примерами того, как известные люди боролись за обретение такого сознания. Даже Джордж Вашингтон хотел, чтобы его называли «Ваша светлость президент Соединенных Штатов», а Колумб ходатайствовал о титуле «адмирал океана и вице-король Индии». Екатерина II не желала вскрывать писем, которые не адресовались ей как «Ее императорскому величеству»; а миссис Линкольн, как тигрица, набросилась в Белом доме на миссис Грант с криком: «Как вы смеете садиться в моем присутствии без моего приглашения!»

Наши миллионеры помогли финансировать экспедицию адмирала Бэрда в Антарктику на том условии, что цепи покрытых льдом гор будут названы их именами; Виктор Гюго домогался ни больше, ни меньше, как переименования Парижа в его честь. Даже величайший Шекспир, пытался придать блеск своему имени путем приобретения герба для своего рода.

Иногда люди заболевают, рассчитывая тем самым добиться сочувствия и внимания и ощутить себя значительными. В качестве примера приведем миссис Мак-Кинли. Она преисполнялась сознанием собственной значительности, заставляя своего мужа, президента Соединенных Штатов, пренебрегать важными государственными делами, чтобы часами, прислонившись к ее кровати и обняв жену, уговаривать ее уснуть. Она утоляла терзавшую ее жажду внимания, настаивая на том, чтобы муж сидел с нею, пока врач приводил в порядок ее зубы. Однажды она устроила ему бурную сцену, когда он должен был оставить ее наедине с зубным врачом и пойти на встречу с Джоном Хэем.

Мэри Роберте Райнхарт как-то рассказала мне об одной способной, энергичной молодой женщине, которая заболела, чтобы обрести сознание своей значительности. «В один прекрасный день, — сказала г-жа Райнхарт, — эта женщина была вынуждена серьезно задуматься над чем-то неприятным, возможно, над своим возрастом и над тем, что она уже никогда не выйдет замуж. Впереди предстояли долгие годы одиночества, и ей мало чего оставалось ждать. Она слегла в постель, и в течение десяти лет ее старуха мать ходила с подносами на третий этаж и обратно и ухаживала за ней. В конце концов, мать не выдержала такого напряжения и умерла. В течение нескольких недель больная томилась, а затем поднялась с постели, оделась и снова начала жить нормально».

Ваш отзыв

..